Название:
Бабушка с внуком в деревенском грехе Ч.4 конецДобавлен:
11.03.2025 в 23:52Категории:
Зоофилы Зрелые В попку Групповой секс
её по боку, кончил с низким рыком — семя вытекло, мутное, густое, стекло по её ляжкам, капнуло на солому.
"Давай, парень", — кивнул он, вытирая пот. "Брыкается", — сказал я, глядя, как тёлочка мотает головой. "Докажи, что можешь", — ответил он. Я смазал член маслом, шагнул ближе — она мыкнула снова, рванулась, рога задели мне плечо, но я ухватил её крепче, прижал. Зад был узким, тёплым, сжал меня мягко, как рука, но жарче, живее. Вошёл я плавно, она замычала громче, хвост бил по моим ногам, дёрнулась, но я двинулся, чувствуя, как она сжимает меня, нежно, но крепко. Кончил я тихо, семя вылилось, тёплое, белое, смешалось с дедовым, стекло по её шерсти, упало в пыль.
Скрипнула дверь — мы обернулись. Бабушка стояла в проёме, платок сбился на плечо, глаза её округлились, лицо вспыхнуло, как от угля. "Вы чего… с тёлкой теперь?" — выдохнула она, голос дрогнул, руки сжали косяк. Дед кашлянул: "Деревенское дело, старуха". Я замер, пот стекал по спине, она шагнула внутрь, глаза её бегали — от тёлочки к нам, щёки пылали. "Вам уже меня мало, черти?" — выпалила она, смущение лилось из неё, как вода из ведра, голос задрожал, но в нём мелькнула искра.
Дед хмыкнул: "Ты своё, а это своё". Я добавил, глядя в пол: "Не вместо тебя, бабка". Она помолчала, тёлочка мыкнула, хвост мотнулся, солома шуршала под её копытами. "Господи, что ж вы творите", — шепнула она, но шагнула ближе, глядя, как тёлочка стоит, как шерсть её мокрая от нас. "Срам один", — буркнула она, щёки всё ещё горели, но глаза сузились, уголки губ дрогнули. "Ну и ладно, делайте, что знаете", — сказала она тихо, развернулась и вышла, но в шагах её не было злобы, только тепло, как будто она проглотила это, как глотает горький чай.
Мы вышли следом, запах хлева тянулся за нами. Дед думал: "Парень всё взял — кабан, тёлка, крепкий вырос". Я чувствовал: "Хлев нас с дедом спаял, а её слова — не оттолкнули, а ближе сделали". Бабушка думала у печи: "С тёлкой их застала — срамно, стыд жёг, а потом… тепло пошло, свои они, что уж".
После того дня с тёлочкой в избе всё дышало теплом, как печь после заката. Осень уходила медленно, листья падали с берёз, ветер гудел в щелях, но мы жили вместе, и это было наше время — счастливое, своё. Я вставал с первыми лучами, гнал коз к реке, их шерсть цепляла колючки, колокольчики звенели в холодном воздухе, чистил хлев, пока запах навоза не пропитывал рубаху; бабушка хлопотала у стола, пекла лепёшки с творогом, её пальцы белели от муки, платок сползал на плечи, открывая седые волосы, влажные от пара печи; дед мастерил у сарая, чинил старые сани, руки его пахли льняным маслом и стружкой, но теперь он смотрел на меня с улыбкой, что грела, как солнце в полдень.
Мы с дедом ходили в хлев почти каждый день — это стало нашим делом, связью, что росла между нами, как корни под землёй. Кабан был первым — здоровый, с жёсткой щетиной, бока его блестели от грязи, хвост мотался, короткий, как обрубок. Дед ухватил его за уши, рванул вниз: "Держи, парень". Зверь взвизгнул, рванулся, копыта скребли солому, но дед вошёл в него — зад широкий, мясистый, тёмный, с резким запахом хлева, влажный, липкий. "Тяжёлый, гад", — хрипел он, шлёпая по щетине, семя его вытекло, мутное, густое, стекло по ляжкам кабана, капнуло в грязь. Я брал его следом — зад
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Удачный вечер пятницы