Название:
Тени августа (Части 1 - 10)Добавлен:
27.05.2026 в 05:50Категории:
Измена 18 лет По принуждению Наблюдатели Подчинение и унижение
видел всё. Видел, как Татьяна опустилась на колени перед Вернером. Видел, как она расстегнула его ремень. Видел, как ее голова двинулась вперед, и его член исчез в ее рту.
Коля зажмурился на секунду, но тут же открыл глаза снова. Он не мог не смотреть. Не мог оторваться.
Его собственная плоть ныла в штанах — твердая, болезненно чувствительная, требующая выхода. Он расстегнул ширинку дрожащими пальцами и сжал себя, чувствуя, как ладонь становится влажной от смазки. Он ненавидел себя за это. Он ненавидел Вернера. Он ненавидел Татьяну за то, что она позволяла этому немцу делать с собой такое, — и одновременно хотел быть на месте этого немца больше всего на свете.
Когда Вернер развернул ее к столу и вошел в нее сзади, Коля начал двигать рукой в такт его толчкам — быстро, лихорадочно, не сводя глаз с изгиба ее спины, с того, как ее грудь лежала на столешнице, с того, как ее пальцы скребли по дереву. Он слышал ее стоны — приглушенные расстоянием и стеклом, но все равно отчетливые, — и каждый стон отдавался у него в паху горячей волной.
Это не было похоже на изнасилование. Совсем не было похоже. В том, что он видел сейчас, было что-то другое — что-то, от чего его сердце сжималось в ревности и обиде. Татьяна не сопротивлялась. Она стонала. Она двигалась навстречу. Она кончила — он видел, как ее тело содрогнулось, как она вскрикнула, как ее пальцы побелели, вцепившись в край стола. И это — это согласие, это удовольствие, этот добровольный шаг, который она сделала к врагу, — ранило его сильнее, чем если бы он видел, как ее берут силой.
Потому что если бы это было изнасилование, он мог бы мечтать о том, как спасет ее. Мог бы воображать, как ворвется в дом с топором, убьет немца, станет героем. Но он не мог спасти женщину, которая сама опустилась на колени. Не мог быть героем для той, которая стонала от наслаждения под другим мужчиной.
Коля кончил, когда Вернер излился в нее. Кончил, глядя на струйку семени, стекающую по ее бедру, на ее распухшие губы, на ее растрепанные волосы, — и в этом оргазме не было облегчения. Только стыд. Только горечь. Только понимание, что через час, когда он вернется домой, лейтенант Штайнер будет делать то же самое с его матерью, и он снова будет смотреть, снова будет мастурбировать и снова будет ненавидеть себя до тошноты.
Он застегнул штаны непослушными пальцами и отступил от забора, шатаясь, как пьяный. Ноги не держали. В ушах все еще стоял ее крик — тот самый, последний, когда она кончила. И где-то в глубине души, в той темной подворотне, куда он сам боялся заглядывать, Коля знал: завтра вечером он снова будет стоять здесь. И послезавтра. И каждый вечер, пока немцы не уйдут или пока кто-нибудь не заметит его и не застрелит.
Потому что он уже не мог без этого. Потому что то, что он видел сегодня, было сильнее его — сильнее стыда, сильнее совести, сильнее любви.
Вернер лежал на спине, закинув руку за голову, и смотрел в потолок. Татьяна спала рядом — свернувшись калачиком, уткнувшись лицом в его плечо, разметав волосы по подушке. Он чувствовал ее дыхание на своей коже — медленное, ровное, умиротворенное. Так дышит женщина, которую хорошо трахнули, которая устала и больше ни о чем не думает.
Он трахнул ее еще дважды, как и планировал. Второй раз — на кровати, лицом к лицу, с долгими поцелуями, которые она принимала, не отвечая, но
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Дед-Мороз и Снегурочка. Часть первая.