Название:
Лето изменившее всё! (Части 1 -8)Добавлен:
27.05.2026 в 04:20Категории:
Инцест Лесбиянки Измена
бросила несколько горошин душистого перца, тимьян и варила мясо до мягкости. Потом промытую гречку и нарезанный мелким кубиком картофель. В конце, когда гречка стала мягкой, влила сливки — тонкой струйкой, помешивая, чтобы не свернулись и добавила нарезанный кольцами лук-порей. Украсила мелко нарезанным сырокопченым беконом.
Мать заглянула через плечо:
— Чего это?
— Суп. С гречкой и индейкой. Попробуй потом.
— Гречка в супе? — мать скривилась. — Странно. И продукты дорогие. Индейка эта... Лучше бы картошки нажарила.
Инга промолчала. Она уже привыкла к такому.
За ужином мать попробовала суп — осторожно, будто боялась отравиться. Проглотила. Потом ещё ложку. Потом замерла, глядя в тарелку, и сказала скупо:
— Вкусно. Неожиданно.
Отец зачерпнул ложку, попробовал и фыркнул:
— Болотная жижа какая-то. Гречка в супе — это не по-человечески.
Но через минуту попросил добавки. Потом ещё. А когда Инга убирала со стола, тарелка отца была пуста и вылизана до блеска — он даже хлебом подобрал остатки сливочного бульона. Ничего не сказал, уткнулся обратно в телевизор. Но это молчание было громче любых слов. Инга спрятала улыбку и ушла в свою комнату.
— --
Четверг, 2 июля. Сюрприз для Дианы
Идея пришла ночью. Инга проснулась в три часа утра и вдруг поняла: она хочет нарисовать Диану. Не портрет, как тот, что подарила раньше. Не быстрый набросок. А настоящую работу — живую, откровенную, интимную.
Она работала над двумя рисунками одновременно, откладывая основную работу для «Фазана» на потом. Это было её личное. Для Дианы. На выходные.
Первый рисунок: Диана обнажённая. Она лежала на кровати — такой, какой Инга видела её во время секса. Глаза полуприкрыты, голова запрокинута, рыжие волосы разметались по подушке. Грудь вздымается. Соски напряжены до предела — тёмные, сморщенные от возбуждения. Губы приоткрыты в стоне. Одна рука сжимает край простыни, костяшки побелели. Ноги призывно раздвинуты, и между ними — влажный блеск, готовность, желание. Она была на грани оргазма — та грань, которую Инга так хорошо знала. Та самая секунда, когда мир исчезает, и остаётся только наслаждение.
Инга рисовала её с любовью. С той любовью, которую не всегда могла выразить словами. Она хотела передать в рисунке своё возбуждение — то, что чувствовала, когда видела Диану такой. Её красоту. Её страсть. Её доверие. Карандаш скользил по бумаге, и каждая линия была признанием.
Второй рисунок: Диана в парке. Инга взяла за основу их первое свидание — то, когда Диана выбила для неё медведя. Но на рисунке она изобразила её не в момент удара, а чуть раньше — когда Диана сидела на скамейке у колеса обозрения и смотрела куда-то вдаль. Солнечный свет падал на её лицо, рисовал блики в рыжих волосах, золотил ресницы. В этом рисунке была вся нежность, которую Инга испытывала. Та красота, которую она видела. Спокойная, уверенная, беззащитная в своей открытости.
Она закончила оба рисунка поздно вечером. Посмотрела на них и улыбнулась. Теперь нужно было дожить до пятницы.
— --
Четверг, вечер. Дом Инги
На ужин — котлеты по-киевски с картофельным пюре на топлёном молоке. Это было самое сложное блюдо из всех, что Инга готовила до сих пор. Масло нужно было заморозить, чтобы оно не вытекло из котлет при жарке. Панировка должна была лечь ровно. Масло для фритюра — строго определённой температуры. Она сделала всё по рецепту и подала на стол.
Мать попробовала:
— Котлета с маслом внутри? Никогда такого не ела. Вкусно, но жирно.
Отец съел первую котлету, буркнул: «Столовская отрава. Котлета как в общепите». Потом взял вторую, потом попросил третью, но Инга сделала только четыре штуки на всех, и третьей не было. Он нахмурился, но ничего не сказал.
Инга убирала
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
В далеком гарнизоне