Название:
Моя приемная мама, ставшая матерью моей дочкиДобавлен:
23.01.2025 в 04:07Категории:
Измена 18 лет Зрелые
1941 год. Блокада Ленинграда – это одно, из тех исторических событий двадцатого века, которые не забудутся, не будут вытеснены, из памяти народной никакими другими катаклизмами. Слишком уж сильные испытания выпали на долю детей и взрослых в городе-герое, городе-страдальце. До сих пор не посчитано точно, сколько людей погибло в нём, сколько было вывезено. Кто-то спасся, оказавшись за пределами блокады, кто-то, умер, так и не дожив до победы.
Нас привезли в Томск, в эвакуацию, из Ленинграда. Так мы оказались, в доме Марфы Ивановны Колесниковой. я Сергей Стариков и моя мама Елизавета Андреевна Старикова, по распределению в деревне «Ягодное», в Асиновском районе, который теперь стал нашим с мамой домом.
Мой отец погиб в самом начале войны на «Лужском рубеже» в 1941 году защищая город Ленина. Мама делала все, что могла, чтобы я был счастлив в это не простое для всех время, но я видел, что она умирает на моих глазах. Я и не подозревал, что через пару лет стану сиротой.
Марфа Ивановна хозяйка дома, где нас поселили, каждый день приводила к нам в комнату двух своих маленьких сыновей двух и трёх лет Витю и Егора, чтобы они посидели у нас пока она была на работе в колхозе. Они с мамой разговаривали и смеялись, и я был рад это видеть. Муж Марфы Ивановны, тоже воевал на фронте.
Одна вещь, которую я заметил в Марфе Ивановне, несмотря на то время, что мне было всего восемнадцать лет, увы меня не брали пока в армию ввиду малых лет, в военкомате сказали, чтобы я набрался сил после Ленинграда, заключалась в том, что Марфа Ивановна очень боялась грозы. Когда приближалась гроза, можно было рассчитывать на то, что Марфа Ивановна и её дети будут в нашей комнате. Мама в шутку говорила Марфа, что ей уже тридцать лет и ей нужно перестать бояться грома и грозы.
Марфа Ивановна была общительным человеком. Она всегда улыбалась, и была очень приветливой молодой женщиной, и всем нравилась. Она была привлекательной, с темно-каштановыми волосами и карими глазами. Она была ростом около метр шестьдесят сантиметров, немного пухленькая. В целом у нее была хорошая фигура, и в свои восемнадцать летя думал, что она божественно красивая женщина. Иногда, когда она приходила к нам в комнату, я шел во двор за баню, чтобы меня никто не увидел и дрочил свой член, пока Марфа Ивановна и мама вели разговоры в нашей комнате.
Через два года в 1943 году моя жизнь рухнула. Мы с мамой закончили ужинать, когда она сказала, что нам нужно поговорить.
— Сережа, я очень больна, и врачи говорят, что мне не смогут помочь. Это потрясло меня, и я закричал: «Нет, они ошибаются мамочка! Ты не умрешь!».
— Будем надеяться на это, но на всякий случай, я поговорила с Марфой Ивановной, и если я умру, она согласились усыновить тебя, если с тобой все будет в порядке.
— Я хочу остаться с тобой, — захныкал я. «Пожалуйста, не умирай мамочка!».
Три месяца спустя мама умерла. Мама договорилась с Марфой Ивановной о том, что она будет заботиться обо мне, пока меня не заберут в Армию, война шла уже четвертый год.
Двое сыновей, Марфы Ивановны, казались счастливыми, что я остался жить с ними после смерти моей мамы.
В 1945 году мне исполнилось восемнадцать лет. Наступила долгожданная победа, над Фашистской Германией. В течение нескольких недель все было хорошо, а потом Марфа Ивановна начал придираться ко мне, называя меня «Ущербным», потому что у меня не было девушки, до сих пор. Начинала дразнить меня, и я надувался
Эротические и порно XXX рассказы на 3iks
Афpиканские стpасти